quote of the week

Быть бессмертной очень выгодно, а еще выгоднее, когда у тебя к этому «милому» дару бонусом идет ТАРДИС, так что можно в любой момент смыться, не объясняя местному населению, почему ты не желаешь умирать из-за пули, продырявившей тебя насквозь. К счастью, излишне впечатлительные вояки, не испытывавшие должного уважения к летающим американским закусочным, попали в нее саму, а не в Клару: Я не была уверена в том, заживет ли ранение на ее спутнице, а вот в своих способностях к самозаживлению нисколько не сомневалась. Ashildr

В это же мгновение Молли представился Шерлок со всем травмами, которые он получил бы при реальном падении с такой высоты на асфальт. И без того напуганная Хупер едва не вздрогнула от картины, в красках обрисованной ее воображением. Смешно даже. Видеть бесконечное количество трупов в самых разных состояниях и бояться даже на миг представить себе окровавленного друга. Molly Hooper

Условна свобода, иллюзорна как не оформившаяся мысль; один якорь Вижн меняет на другой, отрываясь от земли. Разум и Эмоции работают сообща, точно отлаженные шестерёнки в «вечных» швейцарских часах - на зависть людям. Эмоции направляют, стрелой устремляясь в точку «б» ещё до физического там появления. Выдёргивают из блеклого настоящего в непонятное будущее. Разум оное приближает, послушно создавая все условия. Просчитывает ходы, складывая детали изящными оригами. Организовывает и раскладывает всё по полкам. Ничто не развивает личность лучше, чем необходимость. Vision

Сущность не восприняла отказ. Тогда-то Эван и вступил с ней в бой. Абсолютно неравный, нечестный. Но не в данный момент можно было бы говорить о чести. Да и Эван этим не отличался. Монстр, что перестал соответствовать общественным номам морали и прочему. Эвана ломало. Сущность его ломала. Ломала его нежелание подчиняться. Он испытывал адскую боль, что проникала с каждую клеточку его тела и разрывала. Он то кричал о дикой боли. То рычал от дикой ярости, что заполоняла его сознание. Он пытался напасть на то, что не имело тело. Даже не осознавая это. А Сущность продолжала его выворачивать наизнанку. И Эван вновь и вновь орал. Так больно, больно. Сколько времени прошло. Несколько минут. Или несколько лет? Этот ад продолжался постоянно. Почти без перерыва. Эван совсем забыл о голоде, жажде, сне. Хоть иногда он и вырубался, от того, что его тело не выдерживало такую жгучую боль. Evan MacMillan

Профессор Джеймс Мориарти, несостоявшийся пациент доктора Лектера, любитель жвачки и неявных угроз, при ближайшем изучении оказался еще более интересным человеком, чем обнаружил себя при прощании на пороге кабинета. Например, он был мертв. Hannibal Lecter

С 12.11 по 18.11 на борт Flycross пробираются Фантастические твари и где они обитают, пользуясь упрощенным шаблоном анкеты.Приятного полёта!
правила faq роли нужные хочу видеть точки старта гостевая хочу к вам шаблон анкеты

flycross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » flycross » King of the Clouds » Sero venientibus ossa: Part 1 [Sherlock BBC]


Sero venientibus ossa: Part 1 [Sherlock BBC]

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Sero venientibus ossa
«Чем больше узнаю людей, тем [...]»

https://image.ibb.co/eRmrZz/111.gif https://image.ibb.co/ebgEnK/222.gif


участники
James Moriarty
Mycroft Holmes

декорации
середина января - конец февраля 2011
Лондон > Дартмур > пригороды Лондона



Между расправой в Карачи и делом Генри Найта.
Баскервильский нуар и трагикомедия с элементами фарса в двух частях.

+3

2

Майкрофт подошел к окну, за которым уже пятый час подряд уныло моросил дождь. Капли стекали по темному стеклу, мешая рассмотреть, дробя и размывая реальность до самой ее изнанки. Там, на изнанке, влажную, темную шкуру асфальта изредка пересекали тяжеловесные силуэты отъезжающих машин и торопливо проплывали редкие зонтики ночных прохожих. Из окна кабинета это казалось почти умиротворяющей картинкой.
- Рыбки - задумчиво пробормотал Майкрофт, поднося к губам чашку с истекающим паром Эрл Греем, - весь мир аквариум, а люди в нем пираньи.
Взгляд его машинально скользил по редким размытым световым пятнам вокруг фонарей и окон нижних этажей, и он сначала сам не понял что именно царапнуло, вызвало тревогу. Вгляделся еще раз, уже пристальнее, но все равно только краем глаза удалось уловить движение, будто более темная, чем остальные, грузная тень отскочила обратно в подворотню. И Майкрофту отчего-то казалось что эта большая, короткошерстная, четырехлапая тварь буквально секунду назад стояла там на углу, задрав морду, и насмешливо смотрела прямо на это самое окно.   
Часы за его спиной пробили десять и обжигающий пряный напиток плеснул из фарфоровой чашки прямо на пальцы.

Отредактировано Mycroft Holmes (2018-09-18 23:35:56)

+2

3

Поздние визиты не укладываются в общепринятые нормы этикета, на которые Джим клал часто и с размахом, а уж поздние визиты к нашему всему и вовсе попахивали очередной изощренной попыткой самоубийства. Стремясь к последнему всей душой, невесть почему избегал непосредственных стычек с Майкрофтом — возможно, не хотел торопить события; возможно, не хотел поторапливать Майкрофта или все же не особо торопился на тот свет сам, если случится внезапное и Холмс от наблюдения и вечной подстраховки перейдет уже к сути дела.
Впрочем, тем томительнее ожидание и громче финал. А слова не нужны.

Моран и Бэрримор неплохо поработали вместе, только у Мориарти нет необходимости устранять всех, кто имеет какое-либо отношение к делу — разве что к делам Шерлока. И старший Холмс имеет ко многим из них отношение самое что ни на есть… непосредственное. Джим почти нежным движением коснулся застежки, отстегивая ошейник от поводка.
Майкрофт не станет утомлять Джима, озвучивая очевидное:
«Я ждал вас, это государственное преступление, погибли люди, ему было восемь…» — скука! Но в конечном итоге все было не зря, более скучать не придется.

В свободной руке в последний раз крутанулся телефон — Джим всегда требовал внимания, требовал навязчиво, и раз желаемое достанется только так, нет смысла пренебрегать шансами и рисками. Не сводя с Холмса безотрывного улыбающегося взгляда, нажал кнопку вызова, не без удовольствия отмечая, что на сей раз Майкрофт не стал выключать звук на мобильном. Приятно, когда тебя действительно ждут — рыбки, они самые, следует почаще проверять свой аквариум, дабы под водной гладью не завелись пираньи. Мориарти лениво дернул кожаный ремешок намордника и вязкую тишину, нарушаемую тяжелой хриплой одышкой, вспорол резкий свист и цокот.

Отредактировано James Moriarty (2018-09-21 13:17:05)

+2

4

Время как всегда в такие моменты замедлилось, тягучая патока секунд пыталась вместить сразу все и захлебывалась в этих бесплодных попытках. Где-то всегда было тонко. Где-то всегда рвалось.

Майкрофт оттолкнул, опрокинул на пса стул, заставив его сбиться на мгновение или подарив себе иллюзию, что он сбился, отступил на шаг и выставил вперед, прямо в оскаленную морду, зонтик.

Глухо, почти неслышно на фоне шума в ушах щелкнуло и зонт толкнуло, повело, выворачивая ручку из пальцев, так что Майкрофт отпустил его в итоге, позволяя тяжелому телу увлечь ость, со спрятанным в ней лезвием за собой. Пес взвизгнул, пытаясь подняться, ущерб от укола явно не был серьезным, хотя несомненно болезненным, но его повело и задние лапы отчего-то подламывались раз за разом, а потом перестали шевелиться и передние. 

А потом Холмс перевел взгляд от все еще поскуливающего пса на его … хозяина? дрессировщика? … нет, пожалуй в эту эпоху и с этим человеком - скорее всего - координатора. Моргнул и только тогда досадливо потянулся к телефону, чтобы отключить навязчивый рингтон вызова.

- Значит вот как, - произнес задумчиво, наклоняясь, чтобы поставить стул на место и обходя стол, усаживаясь в кресло - Так и знал что без Вас не обошлось. И вижу Вы все так же предпочитаете убивать чужими руками, мистер Мориарти. - хмыкнул, и поправился, - лапами. Надеюсь Вы не заставили пса для гарантии проглотить еще и взрывчатку?

+2

5

Джим задумчиво уставился на скулящую тварь, после чего перевел улыбающийся взгляд на Майкрофта.
 — Шпага, мистер Холмс? — полностью игнорируя вопрос о животинке. Смешок, потерев колковатый подбородок, — …надо же, серьезно?
Зонт не то, чем кажется, хотя, на вкус Джима, Майкрофт слишком уж преувеличил свои размеры и значимость. Шпага! Самое время сказать, что укатились всем офисом.
В последний раз Джиму вызвали специалиста, но теперь он взрослый, а зверушки все так же беззащитны, ничем, впрочем, от людей не отличаясь. Словом, неравнодушен к ним с раннего детства. Все течет, изменяется, повторяется, и возвращаясь к истокам, Мориарти не думал, что это произойдет именно здесь. Жизнь еще способна его удивить, хоть и приходится снова и снова подталкивать обстоятельства. Джим многое бы отдал, чтобы оказаться на месте Майкрофта — ничего не контролировать и не многое понимать, хоть чуть-чуть поудивляться напоследок, потому что консультирующий преступник всегда понимает все даже слишком хорошо, со всей унылой и беспросветной ясностью.
Поскучнел, передернулся, несколько шагов в сторону графина с виски. Выпил, поморщился. Говорят, что истина в вине, но Джим знает, что это не так — она в старомодной беретте, притаившейся в кармане черного пальто.

 — Хорошо, что законом о защите прав животных занимаетесь не вы, иначе выйдет очень неудобно, — последний глоток и Мориарти передернул плечами; полууигривый тон перебил громкий выстрел, короткий скулеж и наступившая вязкая тишина.
Пальто устроилось на спинке кресла, сам Мориарти — в последнем напротив, изящным жестом оправив полувиндзорский узел на шее.
 — Что же вы натворили, Майкрофт, — укор в голосе, во взгляде, и ствол беретты, направленный на собеседника. — Несчастное животное. Теперь придется заводить новое.
Как ни крути, за прошедшие недели Мориарти даже успел к ней привязаться.
 — Что-нибудь скажете напоследок?

+2

6

– А напоследок я скажу… – грустно протянул Майкрофт, разглядывая уродливое бурое пятно на ковре. 
И не сказать, чтобы этот ковер ему очень чем-то нравился - обычная офисная обманка, из тех что призваны сделать вид, что и на работе есть жизнь, а не только дома, или что работа это и есть дом.
Но по крайней мере, он считал, что ковер этот был гораздо уютнее американского типового ковролина или прорезиненного покрытия, которое последнее время вошло в моду в гос.учреждениях США и оттуда планомерно насаждалось по всей Европе.
Британия пока не сдавалась, Британия держала лицо и традиции наперевес.
- А чем собственно Вам не нравится шпага? - решил для начала спросить напоследок Майкрофт, и тут собака дернула лапой. Но этого никто из собеседников не заметил, поскольку где-то гораздо ниже, перед зданием, так что стекла звякнули глухо, прозвучал взрыв. - Ну знаете, Джим, - возмутился Холмс, - это переходит всякие границы.   

То что происходило и впрямь переходило всякие границы, впрочем к тому кошмару, что творился на улице сейчас, тропинка была проложена гораздо раньше. Где-то примерно четыре месяца назад.
Это если судить по датам, которые были указаны в отчете о довольно странной смерти некоего мистера Хайдеггера. С первого взгляда казалось, что умер тот вполне традиционно - от удара тупым предметом по голове, но вот судя по результатам вскрытия настоящая причина смерти была иная - поскольку инфаркт случился с несчастным немцем чуть раньше.
Дело это попало к Майкрофту можно сказать по знакомству. Только знакомство было не его, а герцога Холдернесса. Герцог, опасаясь видимо того, что столь щепетильное дело все же предадут огласке дошел до кабинета лордов, а оттуда уже было совсем недалеко до кабинета Майкрофта.
Желчный старик долго распинался о нравах молодежи, грозил личными связями и все выпихивал вперед своего сына, угрюмого прыщавого парнишку. Глаза у того были сонными и непонимающими, и Холмс, уставший от всей этой суеты, почти перестал обращать на него внимание, пока не перехватил острый как бритва, ненавидящий взгляд, направленный на отца.
В итоге герцогу все же пришлось удовольствоваться сухим обещанием, что ничего из произошедшего не будет опубликовано в блоге мистера Ватсона, либо каким-либо другим способом передано огласке. Майкрофт, впрочем, сомневался что Джон и впрямь настолько идиот чтобы настраивать против себя власть имущих, а Шерлока ни власть, ни имущие ее никогда особо не интересовали, да и с журналистами он предпочитал дел не иметь.
А еще через два месяца Майкрофт узнал, что герцог был загрызен на охоте. Трагическая случайность. Оторвался ото всех преследуя лисицу, упал с лошади и с какого-то перепугу был загрызен одной из собак. Собаку вроде бы там же и прибили. Но та или не та это была собака сказать было трудно. Собак там было как собак. Нерезанных.
А потом ему на стол легла еще одна бумага. И еще. И тогда он снова вернулся к старому делу и выяснил, почти не удивившись, что Хайдеггер до ужаса, панически боялся собак. Даже левреток.

+2

7

Если Холмс сейчас снимет шпагу и обнажит ствол (револьвер, подразумевается револьвер), Мориарти проспорил пол-империи и честь впридачу.
 — Почему сразу «Джим»? — вскинулся, дернулся. Польстило.
Задумчиво крутанул в пальцах беретту, оценивая перспективы. Здравый смысл победил: поднялся с места, огибая Майкрофта, прежде чем оказался у окна и отодвинул плотный край шторы. Под окнами полыхали останки автомобиля, а соседние дома так далеко, что едва ли взрыв способен нанести кому-либо ощутимый ущерб. Почему-то Джим ставил на то, что машина пуста, как головы подчиненных, а значит последнее слово откладывается, тем более хреновое «напоследок» выбрал визави. Стоит отдать должное чужой настойчивости — в какой бы заднице мира не поселился Майкрофт, верные друзья всегда найдут, где погостить.
 — Мистер Холмс, — вяло перекатил на языке жевательную пластинку, отворачиваясь от окна. Заулыбался, озвучивая очевидное. — Кажется, это к вам.

***

Оптимистично со стороны правительства полагать, что визит Джима в Шерринфорд поставит точку в одностороннем заигрывании с властями. Наивно думать, что оно вообще знает о той встрече — Холмс выдал это всем, кроме слов. Маленькая тайна на минусовом этаже, почти ужин на троих с вином и проектом под грифом «секретно» — о, Майкрофт знал, чем завлечь. «Редберд» существовал — Джим уверен в этом, вопрос в том, почему оный убрали из архивов, стоило Мориарти мельком ознакомиться с этим делом и почти деликатно, в его понимании, проявить интерес к эксперименту. Поманить конвертом и тотчас перекрыть кислород — лучшей приманки и не придумать. Все чаще возникала мысль, что «Редберд» — изящный маневр, призванный отвлечь от чего-то важного, действительно стоящего. Майкрофт слишком активно подкидывал Джиму сладкое, в попытках оттянуть время, и он не может не знать, что рано или поздно, перекусив выборами, иностранными инвесторами и поисками жемчужин, Мориарти непременно протянет ручонки к основному десерту, что столь тщательно охранялся от его внимания.
Спустя очень недолгое время подачки начинают раздражать — закономерно, естественно и скучно до тошноты.
Ну что ж, — Джим улыбнулся отражению удивительно неотразимого себя, — поиграем.
Отражение улыбнулось в ответ.

Учеными Мориарти интересовался в последнюю очередь, слишком жива была память о старых козлах, что ни один год действовали на нервы. Возможно, напрасно: баскервильские почтенные мужи оказались способны удивлять, а восьмидесятые ознаменовались торжеством науки и победой над ней этики и морали. Холдернесс родился, стало быть, в девятнадцатом веке, судя по отзывам, и жил в двадцать первом по тем же законам и нормам. Что Джим ненавидел искренне и беззаветно, так это узость и ограниченность мышления, посему можно сказать, новое дело стало чем-то личным. Будучи знатным, обеспеченным и отнюдь не обаяшкой столетия, следует осторожнее заводить себе наследников. Что может быть приятнее помощи молодому поколению? Множество вещей.
Хайдеггер был той самой немецкой крысой, что напрашивалась на опыты, но его страх перед некоторыми представителями братьев наших меньших в итоге испортил эксперимент. То, что старик откинется перед самым интересным моментом, стало неожиданностью, и тем более ожидаемым стал гнев гения консалтинга, обрушившийся на чужие головы, что не сообразили проверить Хайдеггера не только на вредные привычки или постыдные слабости. Донести до сведения Мориарти информацию о визите друга погибшего аж к Майкрофту впоследствии ума хватило. Холдернесс был обречен задолго до, и кто знает, какими инстинктами тот руководствовался, отправившись прямиком к Холмсу — предчувствие, подозрение, благоразумное недоверие к родному сыну. Папаша и стал тем самым удачным проектом, в который Джим и Ко вложили душу.

Мориарти не ставил целью скормить всю палату лордов новому любимцу, так получилось, — признаться, многие его не слушались, половину пришлось пристрелить, но в результате несколько идеально послушных не только дрессировщику, но и тому, кто ему платит, оказались на поле боя и в запасе. Контакт с невесть на что натасканными тварями — то еще удовольствие, которое Джим предпочел разделить. Знал по себе: перед тем, как беспрепятственно перегрызть глотку, следует побыть немного милым. Чуть позже вирус бешенства в крови не обнаружен, да и не бросаются собаки без стаи просто так, а чужой телефон, стоящий на беззвучном режиме, посреди ночи разразился навязчивым попсовым рингтоном.
Одинокая псинка, что взяли домой из жалости, прожила в нем меньше суток, прежде чем испарилась без следа, оставив дитя и добрых родителей на попечение патологоанатомов.
Человек, находящийся под окнами загородного дома, застыл, пережидая бойню.

Отредактировано James Moriarty (2018-10-15 22:34:47)

+2

8

Майк отложил пачку фотографий и потер наливающийся тяжестью висок. Даже на черно-белые, тусклые снимки смотреть было… неприятно.
- Никогда не любил собак, - сказал Холмс в темноту, - рыбки гораздо, гораздо приятнее.
Темнота издевательски молчала, даже не напоминала о том, что человечеством исследовано всего лишь то ли семь, то ли восемь процентов океанских вод, и какие рыбки водятся там, на глубине, никто не знает. Впрочем и на поверхности водились пренеприятные экземпляры.
- Sveštenik je imao psa, - проговорил Холмс на ломанном сербском и побарабанил пальцами по столу, - а откуда она у него была, спрашивается?
Он пролистал дело еще раз, и еще раз, и даже в третий раз, но никаких лишних строк не появилось, вопреки всем надеждам. Собака была, поела и будет. Или не поела. Холмс взглянул на фотоотчет пристальнее и даже подкрутил лампу. Нет. Не поела.
Он раздраженно захлопнул папку и устало повел плечами. Вот зачем ему в доме кабинет. У него есть кабинет на работе. Или вопрос надо ставить не так? Может вернее спросить зачем ему дом?
На столе в ряд лежали три папки. Одна была попухлее и пообтрепанней, две других тоненькие, на одной из них загнут уголок. И в каждой фотографии. Черно-белые. Для сохранности нервов беременных и детей. И Майкрофта.
И во всех трех делах псина появлялась из ниоткуда, вела себя дружелюбно, махала там хвостиком, выпрашивала сахарок, а потом вгрызалась в горло.
А еще у Майкрофта на столе лежала распечатка звонков. И из нее явствовало что во все три дома поступал звонок с поздравительной открыткой. Из этих, новомодных, голосовых. Которые можно совершенно спокойно заказать через интернет, через левый сайт, через правый IP, или как в данном случае сотню, сотню IP, которые в итоге приводили в Вестминстер.
Отчего-то всякий раз, как Майкрофт начинал думать об этих делах, в ушах у него начинала звучать навязчивая мелодия старого детского стишка.
- Надо идти спать, - он устало потер лицо и вроде даже в самом деле встал и куда-то пошел, и даже дошел и рухнул на кровать и было там тепло и уютно, а потом почему-то холодно, а потом Майкрофт заорал и проснулся, и обнаружил что заснул за столом и на щеке у него отпечатался уголок папки.
А снилось ему что отворяется дверь его кабинета и туда просачивается человек, в маске Грока, и следом за ним семенит, прихрамывая, черный пудель с болезненно красными воспаленными глазами.

Отредактировано Mycroft Holmes (2018-10-22 23:45:06)

0


Вы здесь » flycross » King of the Clouds » Sero venientibus ossa: Part 1 [Sherlock BBC]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC