24.12 - 13.01 : абсолютно все в честь новогодних праздников, ёлочки и мандаринов имеют право воспользоваться упрощённым шаблоном заполнения анкеты при регистрации!

01.12 : мы сменили дизайн! (если вдруг кто не заметил)
гостевая правила роли нужные акция недели точки старта faq хочу к вам
// кроссовер, рейтинг 18+
• • цитаты недели

Удача - дама капризная и многоликая, она очень любит, когда ее подарки ценят по достоинству и не забывают за них благодарить. Так что Лоис, как и все журналисты слегка суеверная, но тщательно скрывавшая всегда этот свой маленький недостаток, мысленно поблагодарила за все и сразу: за то, что сегодня на работе не оказалось ни единого источника потенциально - важной информации, за то, что Кларк все- таки кое-что раздобыть смог даже при таких почти нулевых шансах Lois Lane

Не зря старейшие ведьмы эссекского ковена считали Мэри Сибли своим величайшим творением: той удалось начать и успешно претворять в жизнь Великий Обряд, да так, что глупые пуритане даже не подозревали, что на самом деле происходит в их Новом Иерусалиме. Сами охотно предоставляли невинных жертв, приближающих пришествие Темного Владыки, наивно полагая при этом, что исполняют волю своего бесконечно любимого Господа. Mary Sibley

Последние дни для Мэтта выдались тяжелыми, а потому, сегодня, он был бесконечно рад возможности отдохнуть. Мужчина медленно пересек комнату, минуя все препятствия на своем пути. Свой дом он знал, как свои пять пальцев, поэтому ему не нужно было тратить свою энергию на распознавание местности. Вот еще несколько шагов и перед ним уже стояла заветная, теплая постелька. Он буквально чувствовал ее всеми фибрами своей души. Любовь не иначе. Matthew Murdock

Одиннадцатый издал радостный боевой клич и крепче вцепился за поручень, то и дело поглядывая на Клару. Несмотря на свой более тысячелетний опыт путешествий, каждое новое было для Доктора как первое, он каждый раз с предвкушением и с каким-то даже детским восторгом ожидал новых впечатлений, новых встреч и новых приключений, которые неизменно следовали за ним по пятам. А иногда он просто сам неожиданно оказывался в них вовлеченным 11th Doctor

Как ни парадоксально, при этом всём он никогда не был хорош во всём, что связано с социальными навыками. Потому что людям неуютно иметь дело с собственным отражением и потому что он сам этого не искал. Но теперь он встретил Джессику Джонс - человека, который, кажется, любит общение ещё меньше, чем он сам. И, чрезвычайно предсказуемо, именно этим им и предстоит заниматься, если чаша весов всё-таки перевесит в его пользу. Will Graham

Но как бы она ни спешила, она все равно опоздала. Ненадолго, каких-то минут пятнадцать, но почему-то в душе вяло шевельнулось что-то похожее не вину.

flycross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » flycross » King of the Clouds » City of Delusion [Hannibal, Marvel]


City of Delusion [Hannibal, Marvel]

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

City of Delusion
Характер не сахар, из-за него я приговорен к пожизненным каторжным работам: постоянно держать себя в руках.

https://i.imgur.com/ehO1iwc.jpg


участники
Уилл Грэм, Джессика Джонс

декорации
Нью-Йорк


Случайность, совпадение, план - все части единого целого, большого плана, в ходе которого Нью-Йорк станет игровым полем только для двоих. Пурпурный Человек спланировал все тщательно, но есть то, что не вписывается в предопределенное - агент ФБР Уилл Грэм и его неординарные способности.

Отредактировано Jessica Jones (2018-12-14 21:55:57)

+2

2

Когда Уилл впервые услышал куда предстоит командировка, ему показалось, что он ослышался, но возражать не стал. Если это розыгрыш, то подстрекать продолжение у него не было желания. Он не спал уже трое суток и мечтал только о том, чтобы они перешли скорее к делу. Джек и его бравая команда тем временем продолжали обсуждать детали и тогда Грэм понял, что шуткам не осталось места.

Они летят в Нью-Йорк. И он вместе с ними.

Нет ничего удивительного в том, что Уилл никогда не испытывал влечения к большим городам. Его работа и тем более отдых требуют уединения, которого никогда не добиться в мегаполисе.

Он не трогает папку с делом до самого заселения в отель. Номер не представляет из себя что-то выдающееся, но по крайней мере ему не приходится отвлекаться на шум по ту сторону стен, и только открытое окно даёт понять, что он забрался дальше, чем когда-либо прежде - гул машин, крики прохожих и переругивания таксистов у входа составляют особую атмосферу, с которой проходится мириться. Разложив фотографии по журнальному столику, Уилл сосредотачивается на том, что видит и мир вокруг с его какофонией и суетливостью перестает существовать.

Что с тобой не так?
Ты был успешным человеком. У тебя было всё, что идёт в комплекте с американской мечтой. Тебя ждало повышение на работе, а дома - любящая жена и непоседливый, но смышлёный сын. Ты не хотел умирать. У тебя были планы. В пятницу забронирован столик в новом ресторане - не на Манхеттене, но вы с женой давно хотели куда-нибудь выбраться. Недопитый кофе. Начатый отчёт. Стоматолог в понедельник.
Но ты вышел в окно и ничто из этого больше не имеет значения.
Так что с тобой не так?

Уилл никогда не был настоящим агентом ФБР. Это могло произойти с ним в прошлой жизни, но он знает часть своих условных коллег и знает, какая атмосфера обычно витает в бюро. Ее не назовёшь здоровой, но так резко люди не меняются. Не заканчивают рабочий день с размозженной головой, только не по собственной воле.

А Дэвид Спенсер выбросился из окна под конец рабочего дня, не имея на это никакого права.

Через два с половиной часа окончательно темнеет и Грэм устало трёт глаза, понимая, что больше сегодня ничего не добьётся. Завтра ему предстоит посетить место преступления, и он уже знает, что мотивов всё ещё не будет. Собственно, поэтому он здесь, потому что здесь что-то не сходится.

К сожалению, он оказывается прав.
Сначала они едут в офис, но там уже кипит работа, под гнётом наваждения смерти, но всё же. После этого в квартиру. Уиллу нет нужды общаться с родственниками и сослуживцами, достаточно новых фото, других, срез жизни, замороженной в одной наигранно беззаботной секунде. Ему даже не выдавить из себя «мне жаль», потому что всё его нутро упрямо твердит - этот человек не допустил ошибку. С ним случилось что-то, чему он мешал. Большая удача, если они это найдут.

Утешения в этом ни на грамм.

Ещё два дня он проводит взаперти в своём номере, погружаясь в личину бравого агента Спенсера. Просыпается от ласкового поцелуя жены, отвозит проспавшего сына в школу. Получает долгожданную должность. Проживает положенные дни. Засыпает в тёплых супружеских объятьях. Забывает про кровь на асфальте и зловоние траура.

А потом ещё один агент, напарник Дэвида, вышибает себе мозги из табельного оружия.

Грэм даже не удивляется, когда узнает, что Ричард Хэнсен каждое воскресенье ходил на воскресную службу в костёл, где его когда-то крестили. У него были проблемы с азартными играми, но Уилл отказывается верить в это как повод, как настоящую причину. Он мгновенно собирается и выезжает на место преступления, уверенный, что увиденное ему не понравится.

Отредактировано Will Graham (2018-11-21 22:59:57)

+1

3

В зеркале ее встретило отражение, по сравнению с которым врач,  сообшающий пациенту о том, что ремиссия была временной, а сейчас наступает обострение, был бы образцом жизнелюбия, оптимизма и радости. Оно буравило обладательницу взглядом, в котором осмысленность с переменным успехом то появлялась, то угасала осмысленность. Лишь гнетущая мрачность обреченного человека никуда не исчезала, только нарастая. У Джесс не было даже намека на ремиссию. Под глазами пролегали глубокие тени, и понять что было виной: алкоголь или образ жизни, далекий от того, что пропагандируется по телевидению каждый божий день, уже невозможно было определить.
Из крана текла вода - беловато-прозрачная, от нее на милю разило хлоркой, но хотя бы не рыжая, вызывающая тошноту ассоциацией на кровь, и леденящедушу-холодная, часть ежедневной процедуры по сбору себя, изрядно разваливающейся за ночь под влиянием пагубных привычек, главной из которых был вовсе не алкоголизм, а ее разум, который подобно загноившейся ране находился в состоянии перманентного раздражения, воспаления.
Каждое утро одинаковым взглядом сверлить зеркало, умывать лицо студеной водой. Монотонность и повседневность действий забрала ненависть, истерию и страх. Но вместе с этим забрал, точнее даже и не дал появится, надежде на то, что что-то изменится, что взгляд будет другим, что лицо будет не таким, что с водой наконец что-то сделают, как что-то сделают и с ней самой. Джессика ненавидела эту рутинность также, как ненавидела отражение, как и ненавидела тень в углу комнаты, обретающую все более конкретные очертания, оттенки, если начинать всматриваться. И Джонс, черт возьми, начинала. Каждый раз. Будто бы это было частью ритуала, без которого утро не начнется.
Приходила в себя только с отвратительным свистом чайника, от которого чаще всего с похмелья голова раскалывалась только больше. Но свисток не снимала. Обманчивое ощущение того, что если его не будет, то она просто не сможет никогда отвести взгляд от этого чертова зеркала, от этого чертова угла.
Кружка крепкого молотого кофе с небрежным вкраплением коньяка, остывшего, пока Джессика изучала статьи, данные полицейского управления - не ее вина, что паролем стояло имя собаки. Дерьмо. Каждое утро собственное отрожение констатировало ей это. Пророческое слово, описывающее почти каждый день, каждое дело. Ей хватало одного взгляда на то, чтобы понимать, насколько все плохо, интуиция подводила редко.
Она была беспринципиальным детективом с принципами, главный из которых "не влезать в неприятности пока не заплатят и эта плата не будет достойной".  Сейчас же она сидела без дела, и причиной неожиданной благотворительности была паранойя. Шлоттманы разворошили осиное гнездо, Триш, заставившая поверить в борьбу только усугубила. В начале - сомнение. Потом - догадка. А потом ее личный сраньгосподняметр начал вопить. "Я никогда больше не буду читать некрологи" - как в школе во времч отработки наказания мелом на доске сотню раз, только в мозгу, попутно выезжая на место преступления. Ничего полезного. А потом ей на телефон приходит sms с фиолетовым сердечком. Ответный звонок. Отправитель и духом не знает об отправлении.
Закрывая глаза, Джессика глубоко дышит, но чувствует, как поступает удушье.
К кофе едва притрагивается - почти полная кружка летит в умывальник. Фотоаппарат висит на шее как камень у утопленницы, но ей все равно. Очередной рабочий день начался. Джессика знала, кому всучить двадцатку, кому напомнить о старой дружбе. Связи - несмотря на всю свою нелюбовь к социуму их важность нельзя было недооценивать. Именно они помогают незаметно прошмыгнуть на место, смешаться (нет) с толпой копов и судмедэкспертов. Джонс призывно работает вспышкой, с абсолютно безразличным выражением лица, пока не замечает в углу картины стиля поп-арт фиолетовое сердечко.
Мир снова словно бы остановился, а за спиной был ненавистный образ.

+1

4

Здесь его никто не знает, а потому им интереснее вдвойне. Уилл будто приехал на гастроли с бродячим цирком.

Гвоздь программы. Ручной уродец.

Вся проблема в том, что всё “представление” разворачивается в его голове, окружающим достаётся только та информация, которую он сам им даёт. Всё, что им остаётся - додумывать. Именно это Грэм ненавидит больше всего.

Он забывает, что его воображение подобно выставке пыточных инструментов времён инквизиции - возбуждает чужое любопытство, первобытный страх и жажду.

Полиция в лучшем случае сравнит его с британским детективом, в мастерстве освоившим навык дедукции.
С федералами сложнее. Им проще поверить, что он сам один из этих психопатов.

Ницшевская бездна передаёт пламенный привет.

В Нью-Йорке спектр его возможностей сужается до того, что носит название minimum minimorum. Нужно уединение, тишина и отсутствие откровенно пялящихся зевак. На выходе он получает подобие третьего, но некоторые копы ничем не лучше прохожих, поэтому Уилл всё равно в шаге от полноценного раздражения. Суматоха города, снующие судмедэксперты, десятки, сотни, тысячи гулов, сплавленных в одно большое нечто, дышащее в спину и затылок.

Головная боль сжимает в тисках и отменяет любые резкие движения.

Грэм задыхается и благодарен, что не может вымолвить ни слова, потому что помощь всё равно не у кого просить.

Ты чувствовал себя также, не так ли?
Тебе было страшно. Ты знал, что за тобой идёт. Ты знал что случилось с твоим напарником, но никому не мог рассказать.
Осталось только одно, что ты мог изменить - спасти своих родных. Покончить с этим раньше, чем придёт оно и сделает в разы хуже.

Что может быть страшнее самоубийства для католика?

На ум приходит владыка преисподней, но Уилл тут же отметает нелепые предположения. Ему ли не знать, что человеческий мир не так сильно отличается от царства мертвых и пыточной для грешников.

Выныривая из своего полупарализованного состояния, профайлер делает рваный вдох и оглядывается по сторонам. Ему кажется, будто он пробыл там несколько часов, но на деле прошло от силы минут пятнадцать.

Много ли изменилось за это время?
Он не замечает ничего критического. Чужие эмоции всё ещё захлестывают его, страх перед неизведанным призывает к действию, и Уилл двигается с места, обходя отгороженный участок тротуара на плохо слушающихся ногах.

В какой-то момент он снова замирает на месте и пытается унять мелкую дрожь. И это ему вполне удаётся, когда взгляд цепляется за другую замершую фигуру в нескольких метрах от него. Не успевая пожалеть об этом, он идёт в сторону девушки. Не касаясь, на последнем отрезке он делает крюк и подходит сбоку, чтобы не пришлось привлекать к себе внимание прикосновениями. Девушка смотрит в одну точку, Уилл следует по нему и натыкается на граффити.

— Знакомая работа?

Отредактировано Will Graham (2018-11-26 17:47:29)

0

5

Возвращаться в реальный мир тяжело. Все равно что идти сквозь туман, душащий смог. Нельзя понять: идешь ли только вглубь или же на выход. Не было ориентиров - только собственное чутье, больше похожее на звериные инстинкты. Не было границы, где заканчивались воспоминания и начиналось настоящее, поэтому ночной кошмар казался вечным, когда-то и где-то был больше, когда-то и где-то меньше.
Это не было просто, как в кино: закрыть глаза и подышать. Это было почти ритуалом, последовательностью действий, которую было необходимо выполнять тщательно и скрупулезно. Это была огромная работа разума, которая хоть и делала реальный мир реальным, но при этом каждый раз его частичка, хоть и маленькая, но исчезала, из-за чего чувство действенности, неправильности, пластмоссовости.
Легкая дизориентация исчезала через тридцать секунд, и это были самые длинные тридцать секунд в жизни. Каждый раз. В каждой из них могла успевать зародиться и умереть одна маленькая вселенная. И ничего не спасло от этого чувства. Лишь притупить, не спасти.
Она не переводит взгляд на собеседника, продолжая взглядом сверлить собственную победу и поражение в одной фигуре, показывая высшую стадию незаинтересованности. Лишь прокашлялась слегка, чтобы прочистить горло.
- На Кингс-хайвей таких полно, - равнодушно пожимает плечами Джессика. Говорит ли она правду? Нет. Лжет ли? Едва ли. Потому что ничерта не знает, может быть действительно там что-то такое есть. Впрочем, ей все равно. Хотя в Бушвике кажется было что-то, связанное со стрит-артом. Ее это не волновало. Ее спросили - она ответила. И то лишь потому, что это не было тупым подкатом, как обычно бывает с подобной фразой. Во-первых, ни один адекватный человек к ней в жизни не подошел и начал кадрить. Человека с аурой ненависти радиусом в километр любой адекватный человек просто обойдет стороной. Во-вторых, сейчас тут одни копы. Соблазн послать, конечно, велик, но он есть всегда. В основном это просто люди, выпоьняющие свою работу. Насколько хорошо, вопрос иной. Джессика бы сказала, что чуть хуже, чем хуево, и именно поэтому открестилась от любой их помощи, несмотря на предложение Триш. Но портить отношения тоже не стоило.
Из-за чего отвечала. На отъебись, но...
- Нашли что-нибудь подозрительное? - кажется, этот вопрос она уже кому-то задавала, получила неудовлетворяющий ответ, раздраженно вздохнула и начала работать. Ничто не мешало ей попробовать кинуть удочку в другом месте, хуже не... Джесс зарекалась говорить, что хуже не будет, потому что хуже будет: когда-нибудь она услышит Его голос у бармена, когда-нибудь она увидит Его глаза у проходящей мимо девочки и, обернувшись, увидит Его и не сможет нажать на курок.
В любом случае ей нужна информация, каким образом эта информация будет добыта не слишком важно. И тут, покосившись, Джессика поняла: это не коп. ЦРУ? ФБР?  Да хоть КГБ, срать. Хотелось бы так думать, но вместо этого она чувствует себя хреново. Она не любила легавых любого вида, но эти если брались за дела, то о гонорарах приходилось забывать. К тому же они информацией никогда не делились.
Ничего личного, просто бизнес - каждому нужно на что-то жизнь, но все равно ей не нравилось. С другой стороны сегодня акт благотворителтности, с этих дел Джессика не получает ничего, кроме соли на старые раны, и при желании, может с радостью им поделиться. А Он обеспечит, чтобы раны появлялись снова и снова, и снова, и снова...

+1

6

Только когда девушка отвечает, Уилл понимает, что, ткнув наугад, попал именно туда, куда нужно. Редкая удача. Тем не менее он не спешит хвататься за неё как за спасательный круг. Во-первых, незнакомка не оценит его жест отчаяния. Во-вторых, он не успел отчаяться по-настоящему.

Она не смотрит на него, не смотрит в его сторону, с этим сложно работать. Он пытается смотреть на уличное искусство её глазами, но маятник качается слишком медленно, этого недостаточно, это ничего не даёт. Чёрт.

Грэм не знает насколько это важно, но всё равно запоминает наводку. Может быть, он заглянет туда позже и найдёт что-то интересное. Может быть, что-то интересное найдёт его само. Нью-Йорк непростой город, он оживает в переулках и убивает на главных улицах. Без аспирина под рукой Уилл остро чувствует себя жертвой.

- Если честно, я пока не нашёл ничего, что было бы нормальным, - Грэм не знает, насколько это относится к конкретной ситуации, а сколько - к его работе в целом. Актуально как ни крути. - Всё в этом мнимом самоубийстве неправильно. Ричард Хэнсен не стал бы вышибать себе мозги из-за нежелания жить. Что-то решило за него. Оно угрожало ему? Наверняка. Каким образом? Хотел бы я знать. Здесь мы в любом случае не найдём ответ на этот вопрос, - он ловит на себе взгляд девушки и осекается.

Этот взгляд, такой знакомый взгляд, смотрит на него будто бы из отражения. Красноречивый. Так может смотреть только человек, кошмары которого не остаются на подушке после пробуждения. Они везде следуют по пятам, опережают, бьют наотмашь по лицу, затмевая собой то, что могло бы стать стабильностью. Вот теперь маятник движется по-настоящему, бесшумно и неумолимо.

Кажется, ему удалось найти главную улику. Или новое дело. Время покажет.

- Звучит знакомо для Вас?

0

7

- Добро пожаловать в Нью-Йорк. - хмыкает. В этом городе никогда ничего не было нормальным. Начиная с Мстителей, заканчивая тем, тем, что ее любимый продавец хотдогов женился и переехала куда-то в Огайо. Сволочь. С другой стороны Джессика была в состоянии его понять, и сама бы сволила, правда куда-то в Миссури. Но вот она здесь. Мертвая точка, которую она поставила на своей жизни. Поэтому ничего не меняет, не хочет менять, оставшись там, где была.

Возможно, предъявлять претензии, высказывать свое недовольство городу не слишком достойное поведение для взрослой женщины. Что же. У этой взрослой женщины есть оправдание. Мнение. Она недолюбливает людей, атмосферу, которую они создают. Что хуже, она недолюбливает и себя за то, что все равно остается и останется.

Она поворачивает голову в сторону этого копа. Едва ли он сам знал, насколько прав. «Кто-то» — в мыслях поправляет Джессика, по спине бежит холодок, но внешне она остается невозмутимой. Если дело касается Кигрэйва... Хотя, почему "если"? Оно касается этой мрази, касалось и до этого. Чертова игра в кошки-мышки, в которую играть должны они вдвоем.

Другие могут вмешаться. Это же сраная Америка - страна свобод, но с этой прекрасной свободой они успешно бысьро закончат свою жизнь. Тот немножественный  случай, когда полиции действительно лучше бездействовать. В ее безразличном взгляде на мгновение вспыхивает эмоция - оценка.

Суицид - самый простой путь. Не только для самоубийцы, но и для служителей закона. Никаких вопросов. Никаких лишних телодвижений и затрат энергии. Убийца есть. Убийцу даже не пришлось ловить. Все закончилось быстро. Поэтому случаи, когда это очевидно не так, но где-то есть возможность в пользу этой версии. Он понял. Более того, не просто понял, но и кажется имеет серьезное, хоть и абсолютно бесполезное намерение разобраться. Джессика могла бы предупредить, сказать, о том, что расследование приведет в тупик не только здесь, но и в любом другом месте, что подобное может стоить и жизни.

Но Джессика этого не допустит. Все равно легавые будут копаться в том, что он творит, слишком долго. К тому же ей не нужна лишняя слава и лишние вопросы. «Угрожало...» Угрожает ли Он?

Да?

Нет?

Возможно. Он не отдает себе в этом отчета. Он просто хочет и делает. Эта непоследовательность наравне с его умением создавать гениальные пошаговые планы заставляет истерически смеяться. Неправильно, как и неправильна вся его натура. Как неправильно его существование.

Джессика понимает, что в какой-то момент позволяет этому взять над собой слишком много контроля. Снова чуть не потеряна связь с реальностью. «Мейн-стрит»... Почему-то она верит в силу этих слов. Снова и снова. Пока не пройдет.

Либо она выглядит действительно отвратительно, либо этот детектив слишком проницателен. В любом случае, ее здесь действительно больше ничего не держит.

- Едва ли, - сухо говорит Джессика. - Простите, мне пора. Дела не ждут.

Резко разворачивается, и торопится уйти. С каждым ударом сердца, чувствует себя все более уязвленной. Когде телефон вибрирует, она даже не смотрит. Сжимает в руке настолько сильно, что он превращается в набор микросхем. Блять. Надо было покупать Nokia. И гонораров на новый предмет для нежеланных коммуникаций нет.

С другой стороны он ее не достает. Не будет же он ей писать письма? Не будет? ..

Попытка скрыться хоть от чего-то приводит в книжный. "Как бросить курить за 30 дней", "Нью-Йорк Таймс", "50 оттенков серого"... Этому обществу не помешал бы хороший геноцид.

+1

8

Диалог, не успев толком начаться, резко обрывается. Клёв был многообещающим, но улов оказался сообразительнее, чем Уилл ожидал. Проворнее. Рыбу, попавшуюся на крючок однажды и сорвавшуюся, очень трудно поймать ещё раз.

К счастью, Уилл привык иметь дело с трудностями. И его терпения хватит для повторной попытки.

Пообщавшись с местными копами, Грэм узнаёт, что никто ничего не знает. Или не хочет, чтобы он знал. Интуиция подсказывает, что второй вариант ближе к правде, и это только подогревает его интерес.

Но с чего начать поиски?

Прямо с места преступления он доходит до ближайшей станции метро и направляется на Кингс-хайвей. Незнакомка его не обманула - на доме прямо напротив выхода из метро красуется пурпурный рисунок. На этот раз глаз. Занятно. Он смотрит на него не отрываясь с полчаса, но это ничего не даёт. Тупик. Всё это действительно имеет какое-то значение для девушки, не для него. Связано ли с убийствами, из-за которых он приехал? Наверняка.

Как найти человека, который намеренно скрывается? Необходимо думать как он.

К несчастью, для девушки, именно это Грэм умеет делать лучше всего.

Она не журналистка - факт первый. Её любопытство и тяга к информации имеют собственнический характер. Она не контактирует с потенциальными источниками знаний, иначе ему бы пришлось идти на попятную.

Одинокий мститель? Слишком рискует, ошиваясь поблизости от правоохранительных органов. Да и кому мстить, когда уже всё произошло?

Выходит, детектив. Частный детектив. Полагается только на себя, работает параллельно с законными следователями и не любит, когда суют нос в её дело.

Как много частных детективных контор в Нью-Йорке? Предостаточно. Даже более чем. Гораздо больше, чем Уиллу хотелось бы. Он убивает на поиски весь вечер и большую часть ночи. Отсеивает десятки и сотни вариантов, пока не останавливается на пятнадцати наиболее вероятных. Могло быть хуже.

Залив в себя порцию откровенно паршивого растворимого кофе, Уилл выходит на охоту.

Агенство “Элиас” числится в списке Грэма седьмым, и к этому времени у него начинают закрадываться первые сомнения насчёт успешности его затеи. Особенно когда находит дом по указанному в объявлении адресу. Тем более, когда видит дверь, в которой вместо стекла зияет… картонка. Тем не менее он стучит в неё (“стекло” приходит в движение) и на всякий случай громко зовёт некую Джессику Джонс.

+1

9

Будильник, трахающиеся сволочи этажом выше и стук в дверь - звуки, вызывающие у Джессики Джонс активную агрессию и лютую ненависть. Или как минимум очень неприязненные ощущения, которые она малодушно возводила в абсолют и жила себе спокойно дальше. И все же, как сказывала Триш, во всем есть свои плюсы.

В стуке - новый заказ. Или очередной недовольный сосед, которых Джонс скоро будет из окна скидывать, потому что задрали. Поэтому хоть и с неохотой, но в первую очередь Джессика надеялась на клиента. Хотя бы деньги. Увы, без них жить как-то особо не получается.  Есть, конечно, там всякие, кто и по помойкам шныряет, и живет там же недалеко

И... Либо клиентская база начала соответствовать сервису, что на самом деле не в первой, к ней захаживали... Всякие. Не всякие выходили целыми, но пара поломанных костей еще никогда никому не мешала. Но обычно к ней так не захаживали, соблюдали какой-то свой особый этикет просящих, прохожий на паломничество к мощам какого-нибудь святого. Скромные взгляды, раболепный тон, всхлипывания...

Утрировано до невозможности, но было бы приятно думать, что все именно так. Однако, вспоминая мем "Ожидания\реальность"... Реальность отстой, это Джессика поняла ещё до того как приоткрыла дверь (она научилась не открывать дверь нараспашку сразу, только маленькой щелкой, потому что бывало всякое (под всяким подразумевались люди)), ещё гораздо давнее, просто это только подтвердилось, когда она увидела это лицо.

"Блять". И это было самым цензурным, что пришло ей на ум. Она бы и вслух произнесла, даже при этом не устыдившись, но ей следовало решить для себя откуда про её существование вообще прознали (Если это Стэн, то она убьет его, честное слово) и зачем, собственно говоря сдалась. И кто это такой умный, конечно же.

- Предъяви удостоверение и ордер, - Джессика не церемонилась, потому что знала: за ней нет никаких проступков перед законом, пока нет, и сделать ей ничего не могут. Хорошо дружить с адвокатом, резко узнаешь, что у тебя, оказывается, есть права, а не только обязанность перед государством оплачивать эти дурацкие счета.

Джессика заняла оборонительную позицию, уперев руки в бок и хмуро разглядывая копа. Точнее, не совсем копа. Насколько процентов она показывала свое недружелюбие? Сто десять, постепенно приближаясь к сто двадцати. Она свалила именно из-за того, чтобы и не было всех этих расспросов, чтобы никто не рыскал и не доставал её. Изначально она ничего  к нему и не имела, но теперь, когда начинается постепенное вторжение в её личное пространство, она имеет полное право показать недовольство.

А уж соседи явно как не рады-то будут... Кто-то жалуется на то, что девушки к себе мужиков водят, а кто-то вон, представителей закона.
Их счастье, что Джонс настолько адекватна, чтобы не зазывать Железного Кулака, Сорвиголову и Кейджа при параде.

+1

10

Пауза неизбежно затягивается.

Никого нет дома?
Безусловно интересная тема для внутренней дискуссии, но Уилл откладывает эти размышления на потом. Насколько скоро наступит это самое “потом” - новая тема на повестке дня.

Наконец, слышатся шаги человека, всеми силами пытающегося дать понять, что он не в восторге от идеи нежданного посетителя. Честное слово, Грэм уже почти предвкушает ещё одного нахмуренное недовольное лицо, не горящее желанием выслушивать параноидального мужа-неудачника, желающего установить слежку за собственной женой. Бывшей женой, судя по отсутствию кольца на безымянном пальце. Пока незнакомки пытались прочесть его, он читал всё прямо с их сетчатки. Доля секунды, и вот он извиняется, уходит и вычёркивает ещё один адрес из своего списка.

В узком дверном проёме действительно появляется недовольная девушка, но на этот раз это приносит настоящее облегчение. Нашлась.

- Добрый день, мисс Джонс, меня зовут Уилл Грэм, - попутно он достает из куртки и демонстрирует своё удостоверение. Временное удостоверение. Он это знает, и Джессика теперь тоже. - У меня нет ордера и я здесь не для того, чтобы запугивать Вас. Думаю, у меня просто не выйдет. Могу ли я войти и поговорить с Вами?

Что такое развитая эмпатия? Сейчас она имеет больше всего общего с зеркалом во весь рост, выставленным перед собеседником, а Уилл скрывается позади него и наблюдает со стороны. Он отражает настороженность и даже отчасти копирует позу девушки.

Как ни парадоксально, при этом всём он никогда не был хорош во всём, что связано с социальными навыками. Потому что людям неуютно иметь дело с собственным отражением и потому что он сам этого не искал. Но теперь он встретил Джессику Джонс - человека, который, кажется, любит общение ещё меньше, чем он сам. И, чрезвычайно предсказуемо, именно этим им и предстоит заниматься, если чаша весов всё-таки перевесит в его пользу.

Отредактировано Will Graham (2019-01-06 18:16:37)

+1

11

"Приятно познакомиться,  а теперь проваливай" - подобный план очень соблазнял Джессику. Если быть точнее, то даже его вторая часть. А что? Он честная, ей неприятно. Новые знакомства Джесс не заводит из желания, по большей своей части, иногда даже и она способна на то, чтобы положить глаз на кого-то,  но из необходимости. К тому же, эти знакомства держатся недели.. Две? Неделю? Учитывая, какой вязкой была ее жизнь, иногда разбираться в том, сколько времени происходило с одного непримечательного момента до другого, было трудновато. Не невозможно - Джонс была адептом веры в то, что если человек чего-то хочет, то он может поднять свою ленивую задницу и сделать. Но... Да, все заключалось в том, что Джессика не хотела, и у нее на то были свои причины, которые она не раскрывает даже самой себе.

Цепким и колючим взглядом она изучает удостоверение, слегка хмурится. Великолепно. Ордера нет? Еще лучше, хотя и ожидаемо. Запугивать? Отлично, хоть один легавый признал, чем они на самом деле там занимаются. Не то, чтобы Джессика и так этого не знала. Может, знала лучше всех - паранойя, спасибо, родная.  С другой стороны... Этот Грэм прав: едва ли ее можно запугать. Нет, не из-за того, что она дофига бесстрашная. Наоборот - она настолько запуганная той жизнью, что едва ли кто-то или что-то ее способен напугать.

Это так неспешно, что смешно: какой-то цвет, какие-то сердечко пускают по её спине дрожь, в то время как дуло пистолета, приставленное к виску едва ли вызывало в ней что-то, помимо раздраженного вздоха. Жизнь - дерьмо. Что хуже, жизнь дерьмо, которое пытается в высокоинтеллектуальный юмор. Почти у каждого есть такой друг, а посему каждый может удостовериться, насколько этот юмор убог.

Джессика думает. От мыслей хмурится еще больше, потому что перспективы её не радовали. Соблазн закрыть дверь и забить был велик. Очень. И рука Джессики даже дрогнула, настолько ей этого хотелось. Но добыть ордер не проблема, сейчас можно даже на чих его получить.  А если вспомнить, столько за Джессикой грешков.

Спаси, Мэттью Мердок, и сохрани. Спаси и сохрани.

Но настроения на разбирательства, пусть и отложенные на потом, такого уровня у Джонс не было. Она и так ненавидит это - когда ты из настоящего откладываешь что-то тебе из будущего, и когда будущее наступает, ты ненавидишь себя из прошлого. И приходилось разбираться со всем этим дерьмом в режиме реального времени.

- Зачем? - Джессика Джонс решает ничего не решать. Пока что. Этот мир так обожает крайности, контрасты - или черное, или белое, или с нами, или против нас. Мир ненавидит нейтралитет, мир ненавидит, когда кто-то бездействует. Поэтому Джессика прекрасно понимала, что просто тянет время перед тем моментом, когда ей как Нео придется выбирать между одной пилюлькой и другой. Только он был избранным, а Джонс неудачницей.

-  Раз ты знаешь мое имя, то знаешь и чем я занимаюсь, - намеренно продолжала гнуть линию поведения абсолютной задницы, обращаясь на "ты" с представителем закона. С другой стороны... Это было почти приятно. Будто бы маленькая месть за причиненные неудобства, а уж в том, что неудобства будут причинены, она не сомневалась. По той простой причине, что они уже есть. - Я просто занимаюсь своей работой. Вы, копы, не лезете в мои дела, я - в ваши. Зачем я понадобилась?

Джессика повторяет.
На кухне ее ждет виски. Это единственная из причин, не позволяющая ей сорваться и хлопнуть дверью.

+1

12

Сдержать порыв распрощаться и уйти прямо сейчас не составляет труда. Уилл не узнаёт это желает, и вот уже разгадка лежит у него на руках -- это не его. Примеряя на себя чужую личину, надо быть осторожным, чтобы разграничивать чужие мысли от собственных. Это не всегда так просто, но сейчас он крепко держится за реальность. Он не может позволить себе сумасшествие так далеко от родных краёв и ментальных якорей.

- О том, что я здесь, знаем только мы с Вами, мисс Джонс. Можно сказать, что у меня здесь своё расследование, которое имеет мало отношения к полиции. И пока мне нечего сказать ФБР. Я пришёл не совать нос в Ваши дела, но получить ответы на некоторые свои вопросы. После этого я уйду и больше Вы обо мне не услышите.

Здесь, в Нью-Йорке, всё же есть ряд своих преимуществ. Собственная неизвестность относится к их числу. Она даёт ему скромную, но всё же фору. Он не создаёт впечатление человека, несущего угрозу и нестабильность. Джессика Джонс не создаёт впечатление человека, который бы оценил чужих внутренних демонов, на пороге своего убежища. Как и если бы он полез ей помогать с её собственными.

И всё же этой форе придётся возлечь на жертвенник, потому что так эта девушка ему ни за что не поверит. Он незнакомец, обладающий властью, которую она так удачно презирает.

- Можете посмотреть информацию обо мне в интернете. TattleCrime.com во всех красках описал особенность моих методов, - он демонстрирует то, сколько дискомфорта ему приносят собственные слова, и изобразить это не так уж сложно. Спектакль, основанный на реальных событиях, не может не затронуть людские сердца. Уилл догадывается, что ему придётся изрядно попотеть, чтобы добиться желаемых результатов от нового знакомства.

+1

13

Джессика закатывает глаза. Вдыхает пропахший спиртом воздух. Выдыхает. Все ясно. Это как диагноз, причем диагноз неутешительный. Это не как смертельная болезнь - болезнь ставит точку на всем, на всей жизни. Это... Хуже. Оно и дает эту самую жизнь, но, остановившись, понимаешь, насколько оно того не стоит. Сколько можно было сделать иначе. Проще. Безболезненней. Но вместо этого как дурачок прешь напролом, надеясь в то, что вера убережет. Идеализм, вот, что это. И это худшее, качество, с которым человек может расти в современном мире.

Уж лучше быть какие-нибудь выскочкой-эгоистом, жаждущим получить повышение, даже если это и стоит чьей-то подставы. Джесс на дух не переносила таких, но понимала их, знала, что за ними стоит и какими тропами они пойдут за своим. Идеалисты же были сложными, потому что они сами не знали на что идти ради своих идей. Только вот Джессика знала, к чему это приведет. К гибели, иначе и быть не может.

Пока он жив у любого есть шанс умереть не своей смертью. Просто так, случайно, столкнувшись с ним на улице. Неизвестно, что взбредет ему в голову, но специально идти за ним, специально стараться - это почти смертный приговор. И ей было жаль. Действительно, жаль. Поэтому она и предпочитала ненависть. Она могла душить, но не сжигать изнутри.

"О тебе никто больше не услышит" - она почти сказала. Почти. Но, как и многие другие разы, сдержалась. Ловить Его - все равно, что искать ветра в поле. И все же именно этим Джессика, твою мать, Джонс занимается. Ее убить, по крайней мере, сложно.

И все же... Идеализм подразумевал собой и то, что так просто отстанешь. Джессика вяло прослушала что-то там еще, при этом начав это гуглить в смартфоне. Паранойя столь же вяло подсказала,  что его настойчивость может быть вызвана контролем, но к чему бы. Если бы он хотел, то и сам бы пришел.

Джессика вздыхает.

- Дерьмово написано, - бездарность полная, ей даже взгляда искоса хватает, чтобы понять это. Дверь она открывает нехотя, но резко, тут же следуя в рабочую зону.- У тебя семь минут от силы. Никаких диктофонов. Если вопрос покажется мне неуместным, я совру, промолчу или дам тебе пинка под зад.

Скорее всего, последнее. И, скорее всего, до этого дойдет очень скоро. Забираясь с ногами в кресло, она ищет в полке бутылку виски, не особо заботясь о том, как выглядит со стороны. Ей богу, бывало и хуже. Гораздо. Гораздо. Хуже.

Вместе с парой новых глотков приходит идея. Не то, чтобы хорошая, но не повредит. Про крайней мере, сама попытка так точно.

- А еще ты мне дашь всю информацию о жертвах. Будем считать это обменом любезностями, - Джессика кисло улыбнулась, будто бы только что съела лимон. На самом деле информация о методах, несмотря на отвратный стиль написания как минимум любопытна. И вызывает определенного рода подозрения.

+1


Вы здесь » flycross » King of the Clouds » City of Delusion [Hannibal, Marvel]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC